Рейтинги


Популярный контент

Отображаются элементы с самой высокой оценкой с 24.03.2018 суммарно

  1. 11 баллов
    Drew

    Игрушки

    С раннего утра школа кишела вооружёнными шестиклассниками. Проскакивая под украсившим вход лозунгом «Прощай, оружие!» – и ниже: «Международный день игрушечного разоружения», они неслись по коридору в свой класс, не забывая на бегу похвастать: – Принёс? – Ага, во! – А у меня во! – Сказали, кто не принесёт, тому родителей в школу и в дневник напишут… – Не жалко?! – Мамка говорит, ну и правильно. А папка после вчерашнего не отошёл… В учительской инспектриса из районного департамента образования – высокая полная женщина с решительным энергичным лицом – поднялась с дивана. – Ну что, пора начинать. Предлагаю по плану – сначала проводим акцию в классе, затем, после уроков, переходим во двор. Каток, чтобы раздавить собранное, уже заказан. (Асфальтовый каток, украшенный символами правящей партии и лозунгами про мир во всём мире, трудно было не заметить – он торчал у входа в школу, и рабочий в оранжевом жилете взирал на суету с дремотным азиатским терпением. За участие в акции он получил немалые премиальные.) – А где классный руководитель шестого класса? – уточнила инспектриса. Директор школы кашлянул. – Кхм… видите ли… Он, как правило, редко сюда заходит, время проводит в классе… Класс вообще очень хороший, пилотный, в прошлом году они получили грамоту и… – Вот именно! – инспектриса угрожающе подняла палец. – Именно поэтому! Мне кажется, их классный руководитель и на последних курсах не был? Директор развёл руками. – Он вообще очень своеобразный человек… – Таких своеобразных надо держать от детей как можно дальше, – решительно заявила инспектриса. Она выдержала многозначительную паузу и мило улыбнулась: – Но этим мы ещё займёмся. У меня есть молодая кандидатура на эту должность, очень знающий маль… молодой человек. А теперь, с вашего позволения, я пройду в класс. Нет, спасибо, провожать меня не надо. Общее мероприятие позже… В коридоре школы уже было пусто. Чётким уверенным шагом инспектриса двигалась по коридору – к своей цели, белой двери с табличкой: «6 Б». Перед дверью она на секунду остановилась и поморщилась. Потом решительно постучала: – Разрешите? Здравствуйте, дети… Детей в классе было около двадцати – большинство мальчишки. Дисциплинированно поднявшись из-за парт и постояв, они довольно тихо опустились по местам. Почти перед всеми мальчишками на партах лежало какое-то игрушечное оружие; у некоторых оно торчало из рюкзачков. Все с любопытством смотрели на вошедшую женщину. Учитель – рослый грузный мужчина, седоватый и коротко стриженый – равнодушно заполнял журнал и на происходящее в классе не реагировал вообще. – Дети! – воодушевлённо начала инспектриса. – Сегодня, как вы знаете, вы стали участниками акции «Нет военной игрушке!», которая проходит под девизом «Дети против террора». Вам было предложено поменять пластмассовые пистолеты, автоматы, самолёты, пушки, танки и солдатиков на мягкие игрушки, разнообразные конструкторы или машинки. Вижу, – она поощрительно улыбнулась, – что призыв нашёл у вас отклик. Это просто замечательно! Подумайте о том, как прекрасно жить без войн и сколько есть на свете других интересных игр! Учитель отодвинул журнал и придвинул к себе газету. Но голос инспектрисы мешал: – Когда дети всего мира откажутся от опасных и жестоких военных игр – наступит истинно счастливое время! И вы можете гордиться, что становитесь маленькой частью большой борьбы за это – пусть игрушечное! – разоружение. Сейчас я предлагаю вам разоружиться, – она улыбнулась, – сложить принесённые вами вредные вещи вот на этот стол, – она указала на стол, выставленный у доски, – а после уроков мы торжественно уничтожим их в школьном дворе, и вы получите другие – полезные и замечательные! – игрушки, чья покупка была спонсирована крупной международной фирмой. – Она поощрительно кивнула мальчишке на первой парте: – Ну, начнём. Прошу! …Груда оружия на парте выглядела как-то тревожно. И очень… да, очень одиноко. Что-то странное было в том, как лежали пистолеты и автоматы. Странное и неправильное. Словно бы когда-то уже виденное… испытанное… и – ужасное. Учитель на миг поднял глаза и тут же опустил их. Дети молчали. – Я заметила, что вот ты, мальчик, – инспектриса, пройдясь между рядами, кивнула одному из учеников, – вот ты… как тебя зовут? – Кол… Николай, – сипловато сказал тот, поднимая глаза. – Да, спасибо… Вот ты, Коля, – ты ведь ничего не сдал. Что случилось, почему отстаёшь от своих товарищей? Чуть курносый, коренастый, с короткими светлыми волосам ёжиком, Коля ответил глядя в парту: – Я ничего не принёс. Класс загудел удивлённо. Кто-то крикнул: – Кольк, ты чё?! У тебя ж есть! – Ничего я не принёс, – угрюмо ответил Колька, вставая. – Очень жаль, – сухо сказала инспектриса. – Это крайне важное мероприятие. Ведь о нём было записано в дневники, не так ли? – Она смерила взглядом равнодушно сидящего за столом учителя. Тот спокойно ответил: – Я не счёл нужным сделать это, так как мероприятие не относится к числу включённых в учебный план. Но детей оповестили и без меня, причём несколько раз. Инспектриса смерила учителя внимательным запоминающим взглядом. Обычно это действовало безотказно, но на этот раз она отвела глаза – в ответном взгляде немолодого мужчины были ирония, какой-то брезгливый интерес и немного сожаления. Женщина поспешила обратиться к мальчику вновь: – Так всё-таки – в чём же дело? Почему ты ничего не принёс? – Мой папа – офицер, – стоящий за партой мальчик даже побледнел от волнения. – И он мне сказал, что своё оружие сдают только трусы. Я ничего не принёс и ничего не отдам. – То есть твой отец оказывал на тебя давление? – жадно спросила инспектриса. Учитель снова поднял глаза от газеты. Мальчик моргнул: – Нет… как это – давление? – Он угрожал тебе, если ты примешь участие в этом мероприятии? Угрожал, да? – Нет, зачем… я сам не хотел нести… потому что разве солдаты отдают оружие? Или меняют на конструкторы? – голос мальчишки был искренне удивлённым. – Ты же не солдат, – слегка потерялась и даже сбавила тон инспектриса. Класс тихо и непонимающе следил на происходящим. – Я не солдат, конечно, – ответил мальчик. – Но я мужчина. Это пока у меня игрушечное. А когда вырасту и стану офицером – будет настоящее. Всё же с чего-то начинается, – рассудительно добавил он. – Если начнёшь отдавать игрушечное, чтобы не ругали, то отдашь и настоящее, чтобы не убили. А как тогда воевать? По классу пронёсся шепоток. Инспектриса покровительственно улыбнулась: – Но Коля… зачем вообще воевать? Подумай. – Как зачем? – удивился мальчишка и переступил с ноги на ногу, недоверчиво глядя на взрослую тётю, которой приходится объяснять такие простые вещи. – А как же слабых защищать? А свою родину? Вы разве не читали, сколько на нас нападали? – Но сейчас… – И сейчас тоже, – мотнул головой мальчик. – Отец только три недели назад вернулся… из командировки. Сейчас тоже война. А если не готовиться защищаться, то как раз и нападут по-настоящему. – А, так значит, у твоего отца постбоевой синдром! – кивнула женщина. – Наверное, ему мерещатся враги… - Ему ничего не мерещится, – насупился мальчик. – Он отдыхает и книжки читает. Ну и со мной возится, и со Славиком, – мальчик вдруг улыбнулся очень светло – то ли при воспоминании об отце, то ли о младшем брате. И добавил: – А вы, пожалуйста, так не говорите про отца. У него три медали и орден. Он всех нас защищал от террористов. А не вы. Глаза инспектрисы расширились. Это перестало быть игрой и игрушечным спором. Кажется, это понимали даже самые хулиганистые мальчишки и самые увлечённые собой девчонки. Все смотрели на одноклассника почти испуганно. – Ты сейчас же пойдёшь домой и принесёшь оружие, – жёстко сказала женщина. Коля пожал плечами: – Нам сказали, что это добровольно, кто захочет. Я – не хочу. – Это не важно! – отрезала инспектриса. – Или ты боишься отца? – А что его бояться? – спросил мальчишка. – Он что – террорист? Он же мой отец. Он самый лучший на свете. – Ты понимаешь, что оружие убивает?! – снова возвысила голос инспектриса. Коля покачал головой: – Убивают люди. Если бы у папы не было бы оружия или он не умел стрелять – он бы никого не спас. А ему дали одну медаль за то, что он спас женщину и детей. Был бой. Он застрелил двоих. Разве он смог бы спасти людей без оружия? – И отец тебе рассказывает об этих убийствах?! – не выдержала и взвилась инспектриса. – Убийство – это когда бандиты, – поправил напряжённым голосом Коля. – Ты говоришь ерунду, – отчеканила инспектриса. – И срываешь важное мероприятие. – Никакое оно не важное, – упрямо сказал Коля. – Оно… глупое. Вот. – У твоего отца будут неприятности! – завизжала инспектриса, превращаясь из женщины в тётку. Её лицо покраснело. – А тебя мы прямо сейчас отправим в кабинет психолога. – Пусть, – сказал мальчик, чуть пошатнувшись за партой. – Вы взрослые, вы можете. Но я всё равно ничего не принесу и ничего не буду делать. Папа сказал, что оружие – это честь воина. – Какая честь?! – гаркнула инспектриса так, что класс пригнулся. – Это игрушки! – Честь не бывает игрушечной, – вдруг сказал учитель и встал, захлопнув журнал с отрывистым звукам выстрела. – Жалко, что вы этого не понимаете. Я вас очень прошу – пожалуйста, покиньте класс. Если вы не сделаете этого – я буду вынужден вывести вас силой. Я не привык так поступать с женщинами, но я себя пересилю. – Вы… – инспектриса задохнулась… – Вам это даром не пройдёт, – процедила она и, смерив плачущего мальчика злобным взглядом, бомбой вылетела из класса. – Не сомневаюсь, – хмыкнул учитель. В классе зашевелились, кто-то перевёл дух, кто-то хихикнул. И вообще как будто стало легче дышать. Поднявшись из-за стола, учитель подошёл к Коле и, мягким нажатием на плечи посадив мальчика на место, спросил тихо: – Ну что же ты плачешь, солдат? Ты выиграл этот бой. – Она нажалуется на отца… – мальчишка судорожно глотнул. – Мама вчера говорила, чтобы он мне так не говорил, а то будут неприятности… Учитель усмехнулся: – Никуда она не нажалуется. Он выпрямился и обвёл весь класс взглядом. – Ну что, герои? – в его голосе прорезались хорошо знакомые ученикам нотки опасного ехидства. – Молодцы, нечего сказать. Будущие воины и защитники… Всем «Крест за предательство» первой степени! Он оглядывал класс – и ряды голов склонялись ещё ниже, показывая русые макушки. Только Коля сидел прямо, глядя мокрыми, но непокорными глазами. И коротко вздрагивал от пережитого напряжения. – Разберите всё это по домам, – после долгого молчания сказал мужчина усталым голосом, кивая на груду пластмассы. – И запомните, что оружие перед лицом врага складывают предатели. На всю жизнь запомните… Коля, спасибо тебе. – За что? – удивился мальчик, моргнув. Его глаза от удивления высохли, он даже приоткрыл рот. А одноклассники, пряча взгляды, тихо разбирали кучку игрушечных «стволов» и бесшумно рассаживались по местам. – За то... И передай привет отцу, – ответил преподаватель. Потом как ни в чём не бывало продолжал: – А теперь мы с вами начинаем урок. Его тема: «Куликовская битва в истории становления русского государства». Откройте тетради… Может быть, я ещё успею вам что-то объяснить. " Олег Верещагин "Игрушки"
  2. 8 баллов
    Сегодня, в торжественной обстановке (даже губернатор области был) у нас в городе был открыт бюст легендарному командующему ВДВ, "Бате", Маргелову Василию Филипповичу. Бюст установлен благодаря инициативе и всяческим усилиям городского отделения "Союза десантников России".
  3. 8 баллов
    Drew

    Анализ ошибок

    АНАЛИЗ ОШИБОК ВОЕННЫХ В РОДЕЗИЙСКОМ БУШЕ ПРОТИВ ПАРТИЗАН Автор статьи долгое время прослужил в Британской Южно-Африканской полиции. Активно участвовал в боевых действиях, как в составе регулярных частей, так и в составе иррегулярных формирований (охрана ранчо и ферм). Хотя родезийская война в настоящее время (1981 год) закончилась, но уроки, которые можно и нужно из нее извлечь, до сих пор актуальны для военнослужащих разных армий. Мы с удовольствием публикуем эту статью, в которой собрана и обработана информация полученная на допросах от пленных террористов. Хотя эта информация была получена в ходе войны на африканском континенте, основные ее положения могут быть усвоены и успешно применяться военнослужащими, действующими в разных частях света. Множество экспертов считало и считает вооруженные силы Родезии единственной армией, умевшей успешно воевать в буше. Но есть и другая сторона медали – и возможно эта мысль приходила кому-нибудь в голову – насколько такое мнение разделяли противники родезийцев, террористы из группировок ЗАНЛА и ЗИПРА? Поскольку я служил инструктором в Британской Южно-Африканской полиции, то у меня была уникальная возможность услышать мнение террористов из первых уст – от них самих на допросах. Большинство из них было просто запуганным молодняком – заявляющим, что им по 20 лет, хотя больше чем на 16 они не тянули. Когда они говорили (часто это были отрывочные односложные ответы), то по лихорадочно метавшимся глазам и общему возбуждению, было понятно, что их занимала только одна мысль: что с ними будет? Ограничится ли дело тюрьмой или придется идти на эшафот? Или же им сделают предложение работать на вооруженные силы или полицию? Дело в том, что родезийцы использовали (и очень успешно) десятки захваченных в плен террористов. Одни были интегрированы в элитные боевые части или подразделения следопытов, а другие использовались, в основном, во вспомогательных службах. Кое-кого даже использовали в ходе учений. Всех захваченных террористов обстоятельно допрашивали, и любая информация, которая могла принести хоть какую-то пользу, немедленно распространялась среди командиров соответствующих частей и подразделений. Как будет видно ниже, далеко не вся она носила лестный характер. За исключением небольшой редактуры, в основном стилистического характера, то, что представлено ниже – это точная копия документа, изданного одним из Провинциальных управлений БЮАП в начале 1977 года. Документ имел гриф «СЕКРЕТНО» и был озаглавлен: «Оценка террористами тактики вооруженных сил Родезии». 1. Управление в Гвело получило возможность допроса захваченных террористов, с целью, помимо всего прочего, выяснить, какие ошибки допускали вооруженные силы, были ли они сами свидетелями этих ошибок, либо слышали о них от своих товарищей или инструкторов в лагерях. Допрашиваемые террористы настаивали на том, что нижеприведенные ошибки носили постоянный характер, и если вооруженные силы найдут способ избавиться от них, то процент успех значительно возрастет. 2. ФИЗИЧЕСКАЯ ПОДГОТОВКА. Этот аспект вызвал наибольшую критику со стороны террористов, в наибольшей степени это, в частности, относится к резерву сухопутных войск и полицейским резервистам. Именно плохая физическая подготовка является главной причиной того, что большая часть террористических групп не была обнаружена и уничтожена. Для успешного ведения боя и преследования отступающих террористов, вооруженные силы должны увеличить минимальную дистанцию бега со снаряжением и вооружением на тренировках – минимум до 25 км. Особо подчеркивалось, что в наиболее толково организованных лагерях, инструктора настаивали, чтобы все перемещения осуществлялись только бегом – вследствие чего физическая подготовка кадров резко возрастала. 3. МЕТКОСТЬ СТРЕЛЬБЫ. Неоднократно подчеркивалось, что террористы проходят правильную партизанскую подготовку – избегать боестолкновений с вооруженными силами насколько возможно, за исключением случаев, когда боестолкновение происходит после тщательной подготовки и на условиях террористов. Меткость стрельбы всех подразделений вооруженных сил в условиях стрессовых ситуаций оценивается как плохая. Наиболее упорными в преследовании террористических групп являются подразделения Родезийской Легкой пехоты – но у них отсутствует навык стрельбы с ходу по движущимся целям, и таким образом, результативность огня оказывается невысокой, а причиненный урон – небольшим. Подразделения полка Родезийских Африканских стрелков, Часть Обеспечения БЮАП и резервисты считаются наиболее скверно подготовленными в этом отношении – у них есть тенденция при боестолкновении немедленно залегать и вести неприцельный огонь в воздух. Вооруженным силам предлагается (в сочетании с увеличением объемов ФИЗИЧЕСКОЙ ПОДГОТОВКИ) тренировать подразделения вести прицельный огонь в движении по движущимся целям. Цели должны изображать человека, находящегося в положении для стрельбы на корточках – поскольку именно эта поза характерна для тактики террористов, готовящихся отступить или рассыпаться. 4. УМЕНИЕ ВЫЖИВАТЬ И ДЕЙСТВОВАТЬ В БУШЕ. Отсутствию данного навыка у военнослужащих и полицейских допрашиваемые террористы уделяли особое внимание. Допрашиваемые делали определенную скидку на то, что значительная часть военнослужащих и полицейских до службы жили в городе – но то же самое касалось и большой части террористов. После трех месяцев начальной физической и огневой подготовки, основное внимание в лагерях террористов уделялось быстрому передвижению по необитаемым местностям. Группа из 8-10 террористов выходила в определенную точку, далее группе указывался ориентир на значительном отдалении. На первых порах группу сопровождал инструктор, постоянно подбадривая террористов и заставляя их идти на пределе возможностей. Позже группы посылались на подобные тренировочные марши самостоятельно – каждый раз из террористов назначался новый командир группы. Группам давалось практически недостижимое время на пересечение местности – с обещанием, что тех, кто придет вовремя в расчетную точку будут ждать вода и пища. Те, кто опаздывал, лишались воды и пищи и направлялись на следующий маршрут. Позже в эту практику были внесены определенные изменения – инструкторы обстреливали группу на марше, ведя огонь боевыми патронами поверх голов; устраивали засады, чтобы проследить за реакцией тренируемых и вынуждали тех прибегать к методам сокрытия следов и ухода от преследования. Подобные методы подготовки крайне рекомендуется применять в вооруженных силах. 5. НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЕ ПУНКТЫ. Процедура разбивки и присутствия на НП подвергалась серьезной критике. Личный состав на НП в течение дня совершал ненужные передвижения, носил форменные рубашки с короткими рукавами или закатывал рукава. Некоторые наблюдатели вообще снимали рубашки и загорали – по всей видимости, не понимая, что оголенные белые руки и/или тело видны на значительном удалении. Подразделения на НП часто курили, опять же, не будучи информированы о том, что запах сигаретного дыма можно учуять (особенно тем, кто провел в буше долгое время) на значительном расстоянии – в иных случаях до 200 метров. Также сообщалось, что иногда личный состав на НП слушал музыку по транзисторным приемникам. Террористы заявляли, что, имей они в своем распоряжении снайперские винтовки, то в ряде случаев без особых проблем могли уничтожить личный состав на НП. Личному составу вооруженных сил, который задействован в наблюдении предлагается камуфлировать свое снаряжение и вооружение – поскольку они, похоже, пребывают в уверенности, что в этом никакой необходимости нет. К тому же НП часто разбивают на самой вершине возвышенности – вследствие чего силуэты или движение личного состава отлично заметны. Террористы же, напротив, устраивают свои НП на склонах возвышенностей. 6. ЗАСАДЫ. Террористы также подвергали критике то, как организуются засады – в частности отмечалось, что личный состав храпел, курил, использовал парфюмерные изделия (лосьон после бритья) и мыла с резким запахом. Террористы, проводя в буше долгое время, через определенный период приобретали запахи, свойственные бушу. Личному составу вооруженных сил предлагается не возвращаться на базу каждые несколько дней, но оставаться на заданиях в буше на продолжительное время – для аналогичной акклиматизации. 7. МЕСТА ВСТРЕЧИ. В ходе передвижения террористической группы, особенно если она движется на цель, командир группы, как правило, назначал точки сбора. Если в ходе боестолкновения с вооруженными силами группа рассыпалась, то оторвавшиеся от преследования террористы направлялись к ближайшей точке и ждали там 10 минут, после чего уходили к следующей и ждали там 15 минут и т.д. Чем дальше было расположено место встречи от места боя, тем более времени предназначалось на ожидание. Это опять-таки указывает на то, что террористы скептически относились к способностям вооруженных сил грамотно организовать преследование. Допрашиваемые однозначно заявляли, что если бы вооруженные силы начинали немедленно преследовать террористов, то соотношение уничтоженных/плененных террористов было бы гораздо выше, поскольку у недостаточно подготовленных рекрутов уровень боевого духа сразу после боестолкновения крайние низок. 8. ДЕЙСТВИЯ ПОСЛЕ БОЯ. В дополнение к тому, что после боя крайне редко предпринималось оперативное и длительное преследование террористов, также отмечалось, что вооруженные силы, как правило, приступали к малоэффективной и длительной круговой зачистке. По словам допрашиваемых, большое количество террористов в ходе такой зачистки успевало скрыться либо спрятаться. Использование служебных собак в такой ситуации – желательно сразу же после боя – может принести существенную пользу. 9. ТЕХНИКА ПАТРУЛИРОВАНИЯ. Данный аспект также подвергался критике. Перед тем, как подразделение армии или полиции входило в крааль, его необходимо было держать некоторое время под наблюдением с НП – однако на практике ни до, ни после визита подобного не происходило. Как только подразделение появлялось в пределах видимости, то из крааля к террористам, располагавшимся неподалеку, немедленно посылался подросток с предупреждением. Вовремя начатое и продолженное преследование террористов армейским или полицейским патрулем могло бы часто закончиться поражением противника. Ежедневное патрулирование часто ни к чему не приводило, поскольку за подразделениями велось скрытое наблюдение, как террористами, так и местным населением. Для достижения результатов вооруженным силам стоит применять некоторые методы террористов – в частности замаскированные НП. Также было указано, что НП и патрули, состоящие только из европейцев малоэффективны – поскольку белы зачастую не понимают ни языка, ни привычек и традиций местного населения. Для солдата-африканца любая подозрительная активность и нарушение привычного ритма жизни будет сразу бросаться в глаза, в то время как солдат европеец ее может просто не заметить. 10. ПОВЕДЕНИЕ ВО ВРЕМЕННОМ ЛАГЕРЕ. Террористы очень часто посещали временные лагеря в буше, устроенные вооруженными силами – после того, как личный состав армии или полиции их оставил. Иногда террористы находили в них выброшенные носимые запасы продовольствия – часть содержимого при этом была нетронута. По очевидным причинам это вносило приятное разнообразие в «меню» террористов. Кроме того, террористы иногда находили нетронутые консервы, а также письма от жен/подружек и брошенные документы. 11. КАМУФЛЯЖ ВООРУЖЕНИЙ. Допрашиваемые упоминали, что оружие очень часто видно издалека – особенно на фоне камуфлированной формы, которую носят армия и полиция. Из-за этого неоднократно были сорваны засады – поскольку блеск оружия под солнцем задолго их выдавал. Допрашиваемые предлагали наносить на вооружение камуфлирующую краску или обматывать оружие маскирующей лентой. 12. МИНЫ Как правило, после того, как террористы минировали участок дороги, за ним производилось наблюдение – в целях оценки эффективности. Все допрашиваемые отмечали низкую дисциплину подразделений, как в момент подрыва мины, так и после. Как правило, после взрыва, личный состав не рассредоточивался, а, напротив, собирался гурьбой у покореженной машины или вокруг раненых – таким образом создавая для террористов прекрасную возможность внезапно атаковать собравшихся. Допрашиваемые отмечали, что если бы сразу после взрыва следовал ответный огонь по очевидным близлежащим местам, где возможно устроение замаскированного НП, то в этом случае террористические группы, скорее всего, бежали бы – вынужденные выдать себя и превратиться в преследуемых. Кроме этого, ответный огонь и преследование существенно влияло бы на боевой дух террористов – они могли убедиться, что личный состав при взрыве не пострадал и готов немедленно атаковать. Насколько мне известно, все предложения, сделанные в этом документе, были тщательно учтены. Во все подготовительные программы для личного состава вооруженных сил и полиции в масштабе всей страны были внесены изменения – с акцентом на упомянутые предложения. Стрельбища были переделаны с тем расчетом, чтобы там могла производиться стрельба по движущимся мишеням; были внедрены программы интенсивной физической подготовки; лекции существенно изменили; в начальную подготовку в обязательном порядке была включена огневая подготовка с боевой стрельбой – как и отработка действий при организации засад и противозасадных мероприятий. Я помню, как-то раз пришла директива из Управления объединенных операций, гласящая, что на все вооружение должна быть нанесена камуфлирующая краска – какая немедленно началась охота за зеленой и бежевой красками, стоило видеть собственными глазами. Дело не в том, что родезийцы были плохо подготовлены – как раз подготовлены они были неплохо. Дело в том, что даже самые отлично подготовленные и дисциплинированные солдаты прежде всего люди, с присущими всем недостатками – и элементы лености или невнимательности к деталям, не замечаемые самими людьми, для противника видны предельно ясно. Именно поэтому, пленные, при правильном использовании, могут служить бесценными помощниками. В случае с Родезией над ошибками была проделана огромная работа. Но, тем не менее, по моему мнению, ни одна армия в свободном мире не может похвастаться тем, что тратит значительное количество времени на отработку базовых приемов и действий. Для настоящего строевого солдата времени на отработку и повторение основ никогда не бывает много.
  4. 7 баллов
    Для настроения наших моряков))
  5. 7 баллов
    Socol218

    Этим стоит гордиться!

    Бывает такое
  6. 7 баллов
  7. 7 баллов
    Западные СМИ: Россия выиграла без единого выстрела МОСКВА — РИА Новости, Виктор Мараховский. Формальные итоги решительного удара западных стран по Сирии подведены. Россия предложила осудить атаку Совету Безопасности ООН. Трое постоянных участников Совбеза (они же участники атаки) оказались против. Резолюция не принята. В мире реальных фактов цифры тоже в целом установлены: выпущены 103 ракеты. Правда, президент США Д. Трамп, обещавший, что они будут «новые и умные», опять всех переиграл — прилетели в основном пожилые «Томагавки». На подлете ко всем стратегически важным объектам их поголовно сбили пожилые же системы ПВО Сирии, разработанные в Советском Союзе как раз для борьбы с «Томагавками». Британцы выпустили восемь ракет «Скальп» — зато, как гордо отметили в Би-би-си, «каждая была по пять метров в длину». К тому же они новее: их разработали всего двадцать лет тому назад. Непонятной остается история с французами: по уверению руководства Франции, они выпустили тоже восемь «Скальпов» с истребителей и три с кораблей. Однако российские ВС цинично отмечают, что никаких французских «Раффалей» в небе не было. Так что не исключено, что эти союзники США получили зачет по участию условно — для поддержания коллективистского духа. Ущерб: наиболее успешно все это упало на неиспользуемые здания в провинциях Дамаск и Хомс — в том смысле, что там ракетам и управляемым авиабомбам все же удалось достичь поверхности Сирии. В остальном, несмотря на внезапность атаки и тот факт (усиленно подчеркиваемый американскими официальными представителями), что «Россию даже не предупредили: — не погиб ни один мирный житель; — не погиб ни один солдат Сирийской Арабской армии; — не было разрушено ни одного самолета или вертолета САА; — не было ни одного случайного залета в зону ответственности российских систем ПВО; — не пострадал ни один используемый аэродром сирийских вооруженных сил; — семьдесят одна из ста трех ракет потеряны. Фактический эффект акции оказался даже ниже, чем у атаки на авиабазу Шайрат годичной давности: тогда 59 «Томагавкам» удалось по крайней мере а) испортить несколько самолетов, б) повредить рулежные дорожки, выведя аэродром из строя на несколько часов и в) убить нескольких сирийцев. На этом факты заканчиваются — потому что группа экспертов Организации по запрещению химоружия прибыла в Сирию лишь спустя несколько часов после налета. А именно она должна установить, случилось ли вообще то, на что решительно отвечали США. И что именно произошло в городе Дума. Поэтому главная битва развернулась уже после удара — и, как положено в нашу странную эпоху, это случилось в медийном пространстве. Баталия закипела вокруг вопроса, как понимать случившееся. Дональд Трамп, Тереза Мэй и Эммануэль Макрон настаивают на том, что это был мускулистый и выверенный удар возмездия. Что цели достигнуты и возможности монстра Асада хохоча производить химическое оружие для отравления своих людей резко уменьшены. И что если он еще раз попробует — то столь же сокрушительная кара вновь прилетит, несмотря на все возражения России, ибо время для переговоров прошло. Пресса западных стран в могучести и сокрушительности кары не уверена. Huffington Post, например, с горечью констатирует, что: 1) Заявленными целями Трампа было пресечь «убийственное поведение Асада и показать крутизну его патронам — России и Ирану. Но ни одна из целей не достигнута. 2) Все мало-мальски значимые в военном и административном отношении цели оказались к моменту атаки под российским «зонтиком», который Трамп побоялся задеть. 3) В итоге Асад «не прекратит наступление», а России «не брошен вызов». В редакционном комментарии Reuters «Главная опасность в Сирии — Россия» сообщается, что: 1) Асад «уже почти победил в шестилетней войне» и не намерен останавливаться;. 2) Москва, предупредившая заранее, что «в случае создания угрозы жизни российским служащим будут сбиваться не только ракеты, но и их носители», — превратила акцию беспредельной справедливости во что-то бесцельное. Потому что, отмечает автор, ни Россия, ни США не заинтересованы в настоящей схватке между собой в Сирии. Более того: они не заинтересованы даже в том, чтобы показывать друг другу действие своих новейших ракет и противоракетных систем, — зачем кормить противника информацией. Поэтому над пустынями и горами древней страны сражались древние же железные гоплиты холодной войны из прошлого тысячелетия. 3) Итогового толку никакого. Даже хуже: теперь ясно, что США, безусловно, могут стянуть к Сирии очень много больших страшных кораблей и даже подогнать авианосец. И потратить много старых ракет. Но это будет не столько демонстрация силы, сколько «демонстрация невозможности демонстрации силы». А Россия, как обычно, «показывает мастер-класс того, как добиваться максимальных целей ограниченными силами». То есть Россия, даже не сделав ни единого залпа из своих С-400 и «Панцирей», эффективно установила рамки, в которых Запад ее картинно не послушался. Отметим, что это все сообщает не какая-то «российская госпропаганда, пытающаяся сохранить лицо Кремля». Это британско-американские авторитетные СМИ так видят. Впрочем, другие, тоже авторитетные, СМИ тех же стран исправно торжествуют и отрабатывают версию Трампа — Мэй — Макрона. Кровавый тиран получил урок, если надо, можем повторить, и так далее. …Все это подтверждает печальную версию, высказанную нами накануне атаки: «По сути, единственным объяснимым двигателем происходящего оказывается какой-то проклятый всеобщий хайп, из которого элита Запада никак не может вырваться. Более того. Складывается впечатление, что и реальные результаты предполагаемой кары никому не нужны. Кажется, самих западных лидеров удовлетворило бы нанесение сокрушительного удара в виртуальной стрелялке — имей они возможность потом убедить свою аудиторию, что враг понес тяжкие потери». В итоге мы наблюдаем шизофреническую картинку. На основании вирусных видеороликов, не имеющих никакого независимого подтверждения, были подняты в воздух настоящие самолеты и выпущены настоящие ракеты. Было потрачено, по разным прикидкам, от 70 до 150 миллионов настоящих долларов. Однако весь этот реальный мегаудар в реальном мире никого не задел. И более того — по факту понадобился только для того, чтобы в мире виртуальном (там, где хайпуют, твитят и обмениваются интерпретациями) кто-то убедил свою аудиторию в том, что у него есть первичные волевые признаки. Отрадно, что руководство США и подчиненных держав пока что все же отделяет свои внутренние медиавойнушки от суровой реальности. И «праздник непослушания России» проводит в специально отведенных для этого местах. Но штука вся вот в чем. Следующее поколение западных руководителей может уже не различать, где кончается пиар и начинается реальная война. И это делает наш, реальный мир все менее безопасным и все более тревожным.
  8. 7 баллов
    Alejandro

    Кемерово

    уже установлено, что бОльшая часть преподносимой из источников "одна бабка сказала", на 90% ложная. смотрел сегодня прямую трансляцию митинга в Кемерово, ни один человек (очевидец, потерпевший) не смог подтвердить НИ ОДНОГО факта, о котором верещит вся оппозиция, блогеры, иностранные тролли. Установлено, что сообщения о количестве погибших- жесточайший троллинг с Украины, блогера с псевдонимом Вольнов моё мнение- искусственно раздутая ситуация после выборов и против руководства региона, для того, чтобы на место Тулеева, пришли другие клановые коррупционеры. хотя, безусловно- чудовищная трагедия, вне зависимости от того, погиб один ребёнок или 56. Виновные должны быть строго наказаны. А Тулеев, был бы мужиком- ушёл бы сам. но, вся эта вакханалия показушно "соболезнующих" актёришек и фотомоделей в сети, мне глубоко омерзительны. Как и поведение заведённой извне толпы на митинге
  9. 6 баллов
    Зачем российские наемники едут в Афганистан (ЛЕНТАРУ) «Головорезы с тесаками наперевес» — интервью «Ленты.ру» с членом одной из крупнейших ЧВК в мире — привлекло внимание читателей, как и рассказнашего героя о службе в Ираке. Мы решили продолжить раскрывать тему таинственных «чевэкашников». Как планируют свою жизнь бойцы частных военных компаний? Как уживаются с местным населением? Чего хотят? Обо всем этом и о службе в Афганистане рассказал человек, знающий всю изнанку мира современных наемников. *** К моему удивлению, предыдущая статья вызвала больший интерес, судя по количеству просмотров и репостов. Сотни комментаторов, никогда не бывавших в Ираке, рассказывали, что там все не так, как я описал. Десятки утверждали, что меня вообще не существует, и все на самом деле выдумали журналисты. В общем, если смех продлевает жизнь, то чтение комментариев на «Ленте» прибавило мне минимум пару лет спокойной старости. Приятно было увидеть в комментариях и коллег, которые положительно оценили статью и смеялись не меньше меня. В общем, в очередной раз я понял: правда никому не нужна. Находиться в плену собственных заблуждений всем гораздо приятнее. Но на один вопрос комментаторов я все же отвечу. Зачем я это пишу? Очень просто. Всех сотрудников ЧВК можно разделить на две категории — умные и глупые. Глупые получают деньги, просаживают их в Таиланде и других странах Юго-Восточной Азии, покупают дорогие машины, безумно дорогие дома и женятся на девушках, которые потом при разводе отсудят у них последние штаны. И когда работа в ЧВК «неожиданно» заканчивается, эти парни начинают чесать репу и думать, как дальше жить. Обычно такие оболтусы любят говорить, что «родина научила меня убивать, и больше я ничего не умею», даже если служили поваром или водителем. Вторая категория четко понимает те вещи, которые я описал в предыдущих статьях, а именно: массовый рынок услуг ЧВК, связанный с вооруженной охраной, — чисто временное явление. Стран, где можно нормально работать, все меньше, местные компании захватывают рынок, зарплаты падают, вакансий для экспатов больше не становится, а желающих работать полно. Поэтому умный сотрудник ЧВК имеет четкий план: проработаю X лет, заработаю на… (квартиру, дом, открытие бизнеса, обучение по нужной «гражданской» специальности) — и все, прощай жара, пески, пустыни, арабы, верблюды, бронированные лендкрузеры со сломанным кондиционером и вечно ворчащая родня, которая недовольна твоей работой и ждет, когда ты наконец возьмешься за ум и начнешь заниматься чем-то нормальным. Поэтому умные сотрудники осваивают полезные специальности, не дожидаясь, пока придется остаться без работы. Кто-то учится трейдингу, сидя по вечерам в своем контейнере в центре Багдада, и потом до полусмерти замучивает коллег советами о том, куда вкладывать деньги. Кто-то копит, чтобы выучиться на дайвинг-инструктора, а я вот среди прочего учусь складно писать — всегда пригодится. В общем, с мотивацией разобрались, давайте к делу. Сегодня мы немного поговорим об Афганистане. *** Сразу скажу, что в Афганистане я был гораздо меньше, чем в Ираке, и работал только в Кабуле. Поэтому на всеобъемлющий труд не претендую и рассказывать буду, как обычно, только о том, что видел и делал сам, или о том, за что могу поручиться. Афганистан — удивительное место. Помню, как в детстве дома играла пластинка с афганскими песнями, а по телевизору показывали вывод советских войск и военного журналиста, который желал советским солдатам, «чтобы никогда ни вы, ни один наш воин, не переступали границу войны и мира», показывая рукой на реку Пяндж, которая отделяла Афганистан от СССР. В общем, когда мне впервые предложили лететь в Афганистан, я радовался изо всех сил. Много книг и песен было написано, много фильмов снято, и я думал: теперь и у меня будет возможность самому увидеть это «вдохновляющее» место. Я уже представлял, как по возвращении, опрокинув стакан в кругу друзей, буду стучать кулаком по столу и хриплым голосом рычать: «Когда я был в Афгане…» Афганистан начинается сразу у выхода на посадку, и не особо важно, летите вы через Стамбул или Дубай. Среди пассажиров, толпящихся у гейта, особенно выделяются две основных категории. Первая — американские коллеги из ЧВК. Если коллеги-британцы обычно ведут себя скромно и не одеваются вызывающе, американского сотрудника ЧВК обычно видно с другого конца аэропорта. Предбанник гейта наполняется такими одинаковыми и такими разными молодыми людьми с бесчисленными татуировками на руках, с длинными нечесаными бородами, в тактических бейсболках, тактических брюках, тактических ботинках и главное — футболках с надписями. Футболка должна отвечать минимум трем основным критериям: на ней должен быть хотя бы один череп на один квадратный дециметр, не менее одного изображения оружия и одна страшная надпись, вселяющая страх в сердца остальных пассажиров самолета. Deus Vult, «убей их всех — господь разберется», «свобода или смерть», «наемники не умирают» — все годится. Еще помогает формированию образа тактическое жевание табака — по-правильному надо носить с собой пустую бутылку из-под колы и поминутно смачно схаркивать туда прожеванный табак, обязательно с громким хлюпаньем. Если бутылку сразу не закрыть, воняет ее содержимое просто нестерпимо. По слухам, один бывший сотрудник американской ЧВК сколотил состояние, продавая специальную тактическую емкость для выплюнутого табака. Вторая заметная категория — молодые афганцы. Большая проблема, которой не понимают многие «эксперты» по этому региону, — чудовищная утечка мозгов. За 40 лет непрерывной войны почти все, у кого была голова на плечах, уехали из страны. Остались те, кому ситуация в стране выгодна и позволяет зарабатывать, или те, кто любит свою страну буквально больше жизни. И молодые афганцы, которые могут позволить себе летать за границу, часто являются детьми первой категории афганских граждан. Дорогие телефоны, полное отсутствие манер, которые обычно ценятся в мусульманских странах, традиционные шальвар-камиз с непонятной вышивкой, которые на родине показывают статус владельца, но в международном аэропорту выглядят нелепо. Эти товарищи орут во весь голос на борту самолета, подзывают стюардессу цыканьем и щелчком пальцев и непрерывно пинают переднее кресло. В общем, перед посадкой эти две группы рассаживаются друг против друга и всячески выражают взаимное презрение. В первую командировку мне, к счастью, повезло, и прямо перед посадкой меня пересадили в бизнес-класс. Так что мое кресло никто не пинал, и близкое знакомство с афганской молодежью было отложено еще на день. Я разлегся в просторном кресле, заказал любимый коктейль Old fashioned с вишенкой и льдом и прямо перед посадкой включил в наушниках песню Розенбаума про «Черный тюльпан». Ради таких моментов и стоит работать на частные компании — бизнес-класс в Boeing 777 отличается от Ил-76 как… Как бизнес-класс Boeing 777 от Ил-76, в общем. Аэропорт Кабула, по крайней мере по прилете, — очень приятное место. Один момент: как и в любой дыре, в Афганистане есть сложная и бюрократизированная система виз и регистрации иностранцев. В зоне прилета справа от багажной ленты стоит маленький столик без надписей, где вы обязаны получить серенькую бумажку с регистрацией. В бумажку надо вклеить фото. Если цветного фото установленного формата у вас с собой нет, то в страну вас не пустят — не положено. Интуиция мне подсказывает, что за хорошую сумму в твердой валюте сотрудники таможни готовы будут вам организовать передвижное фотоателье прямо в зале выдачи багажа, но, к счастью, проверить это предположение мне не удалось: я всегда вожу с собой охапку фото на документы, маленьких и больших, цветных и черно-белых, как раз на такой случай. После выхода из здания аэропорта вас может посетить дежавю. Перед терминалом раскинулась шикарная автомобильная парковка, но она пустует, пускать туда машины, опять же, не положено. Если вы хоть раз прилетали в Шереметьево, терминал D и садились в такси на двух дальних полосах из четырех доступных — чувство то же самое. По мере отхода от терминала влево, посреди второй парковки, начинают появляться коллеги — бородатые мужики на белых бронированных Land Cruiser 200. Но если вы не особенно важная птица — типа меня, то добро пожаловать на дальнюю парковку, где на малюсеньком пятачке стоит под сотню машин и толпа таксистов и, как где-нибудь в Сочи, атакует вас с предложениями подвезти. Вам необходимо дипломатично отвергнуть их заманчивое предложение, найти своих, накинуть броню и отправиться в увлекательное путешествие по Кабулу. Город выглядит довольно прилично — дороги в целом в хорошем состоянии, много зелени. Улицы забиты народом, но все более-менее приличные здания скрыты за различными фортификационными сооружениями. Может быть, лет через сто туристы будут приезжать и смотреть на «крепости» и «цитадели» Кабула и Багдада, как сейчас смотрят на замки во Франции или на «Линию Сталина» под Минском. Хотелось бы надеяться, но верится с трудом. Из-за мощности и масштабности современных угроз «крепости» стали настолько огромными, что зачастую окинуть их взглядом можно только с вертолета. А когда попадаешь внутрь, совсем нет ощущения и понимания масштаба сооружения. Просто шарахаешься внутри бесконечного лабиринта КПП, шлагбаумов, барьеров и скучающих смуглых людей с автоматами. Даже внутри «зеленой» зоны перемещение только с оружием, в броне и с боекомплектом, на бронированной машине. Меня поначалу немного смутила серьезность, с которой мы покидали ворота комплекса, чтобы проехать пару сотен метров. Подход к такому выезду был как к серьезной миссии — с позывными и докладами оперативному дежурному на каждом повороте. Поначалу все это забавляло: все-таки внутри этой зоны тебя от окружающего мира всегда отделяет от трех до шести мощных КПП, но история показала, что я скорее неправ. Даже внутри «зеленой зоны» в Кабуле, где по определению должно быть безопасно, иногда происходят взрывы. По словам местных, ситуация в стране начала ухудшаться лет пять назад. До этого иностранцы довольно спокойно гуляли по городу, ходили в рестораны, понемногу формировалась видимость нормальной жизни. Но когда США, Британия и Австралия вывели войска, ранее притихший «Талибан» и только появившееся «Исламское государство» (запрещено в РФ) взялись за террористическую деятельность с новым рвением. Поэтому работы здесь невпроворот. В целом даже такие пессимисты, как я, считают, что в Афганистане работа для иностранных ЧВК закончится нескоро. Местным сотрудникам международные компании не доверяют, а значит, в ближайшие годы нет совершенно никаких шансов, что иностранные ЧВК уйдут с рынка. Среди моих коллег Афганистан считается гораздо более «горячим» и опасным регионом по сравнению с тем же Ираком. Да и сами иракцы с этим согласны. Как-то раз мы с одним румыном, командиром группы охраны, вечером сидели в оружейном контейнере где-то на юге Ирака, копались в автоматах и разглагольствовали о том, как круто было в Афганистане. Румын рассказывал, как там они покупали оружие на рынке «на вес», и про базу под Джелалабадом, где 80 процентов охраны периметра — украинцы. Неожиданно к нам присоединился иракский командир группы охраны, приятный и толковый парень, выросший в окрестностях Басры. Он послушал нас и флегматично заметил: «Эх, а я ведь тоже хотел работать в Афганистане…» Нас, откровенно говоря, такой расклад немного обескуражил: иракец, который едет работать в Афганистан. «Зачем, дружище?» — спросили мы его. «А что делать, — ответил он. — Тут у нас скукотища. Угроза минимальная, денег платят мало, надоело… А там — реальная работа. Засады, стрельба и платят побольше». «Так что мешает?» — спросили мы. «Никак нельзя, — ответил он, вздохнув. — Я попробовал, но оказалось, что иракцам туда въезд запрещен. Наше правительство говорит, нельзя туда ехать гражданину Ирака, опасно, ведь Афганистан — страна с высокой террористической активностью. А вдруг ты там террористом станешь?» В общем, даже по меркам Ирака, где на тот момент четверть территории контролировало ИГ, Афганистан — не место для прогулок. Что сами местные думают о ситуации в стране? Как известно, в любой стране есть одна профессия, наиболее сведущая в политике, экономике и оборонных вопросах. Это таксисты. С кабульскими таксистами я не общался, зато у меня в группе всегда был один местный водитель. Так положено, ведь в Афганистане, как и в Ираке, иностранцев за руль автомобилей ЧВК пускать не любят. Так мы и ездили: афганец за рулем, я рядом, и если сзади не сидел клиент, мы неизменно пускались в долгие разговоры о судьбах их многострадальной родины. Как минимум один водитель закончил афганский аналог нашего МГИМО, имел диплом в области международных отношений, и оттого поездки приобретали особый колорит. — Скажи мне, Ахмед, почему в Афганистане нет мира? В чем причина? — Потому что мы, афганцы, дебилы. Вот у вас в России кто-то обмотается взрывчаткой и пойдет взрываться за тысячу долларов? А вот у нас и за сто пойдут. Нас используют. Разделяют нас на религиозной, национальной, политической почве, постоянно врут нам. Например, когда к власти рвались талибы, они утверждали, что их противник Ахмад Шах Масуд — перс, а не афганец, и потому нет ему места у нас. — А наладится у вас жизнь когда-нибудь? — Нет, дружище, никогда. Прошло уже немало времени, и я помню только те куски, что записывал в тот же вечер. Очень жаль. Хотел бы я увидеть этого водителя в эфире CNN, Fox News или «Первого канала» в качестве эксперта, но, боюсь, этой мечте сбыться не суждено. В общем, общаясь с местными, я составил для себя определенное понимание истории конфликта в Афганистане. Но это, пожалуй, тема для отдельной статьи. Надо понимать, что «Талибаном» проблемы здесь не ограничиваются. Однажды мы долго стояли в пробке, и я в который раз увидел несколько странноватых афганцев, которые ходили среди машин и жгли траву в небольших лампадах, а потом стучались в окна, прося подаяние. Любопытство взяло вверх, и я спросил коллегу: — Дружище, что это такое? — Э-э-э-э… Как бы сказать… Это от дурного глаза защищает. На улицах каждую неделю взрывы, три четверти страны под контролем талибов, нет электричества, но хотя бы от сглаза и порчи можно защититься — за небольшое вознаграждение. От всего остального тоже можно защититься, только вознаграждение будет побольше. И если вы решили поработать в Кабуле, с выбором жилья проблем нет, так как выбирать, собственно, не из чего. Добро пожаловать в зеленую деревню! К сожалению, мне не довелось там пожить, но заезжать по делам приходилось часто. Этот оазис цивилизации расположен неподалеку от аэропорта. Огромный лагерь, несколько десятков человек охраны стерегут периметр, три поста охраны при въезде. А внутри… Три ресторана — итальянский, китайский, гриль, общая бесплатная столовая с прекрасной едой, кондитерская с замечательной и дешевой выпечкой и хорошим кофе, смузи-бар, обычный бар с бассейном, спортзал, несколько отличных магазинов и лаунж для курения кальяна. И главное — полноценный спа, где замечательные русскоговорящие девушки делают массаж. Почти все — жительницы стран СНГ, работают здесь уже много лет, некоторые успели поработать рядом с американской базой в Киргизии, а когда база исчезла — отправились в Афганистан. Девушки эти немолодые, не позволяют себе никаких глупостей и способны рассказать о современной истории Афганистана больше, чем иные университетские профессора. Во многих фильмах и сериалах, где описывается земля после глобальной катастрофы, авторы пытаются изобразить город, где зажравшаяся элита продолжает жить как ни в чем не бывало — Элизиум в фильме Нила Бломкампа, город-убежище в Fallout 2, Полис в «Метро-2033». «Зеленая деревня» — это как раз такое место. Где-то за стенами происходят теракты, люди растят опиумный мак и живут на доллар в день, а ты ешь лобстеров, запивая их смузи, и через день ходишь в спа. Действительно, реальная жизнь гораздо интереснее любой фантастики. Но стоит отметить, что иногда ситуацию в этой стране мои коллеги оценивают немного превратно. Во время моей первой командировки в Кабул нам понадобилось уточнить, можно ли достать некоторые запчасти. А главный слесарь — немолодой афганец — в эти дни как раз срулил на свадьбу к родственникам в соседнюю провинцию. Начали думать. Вариант «давайте позвоним и спросим» отмели сразу: афганец по-английски особо не говорит, а переводчика под рукой нет. Я предложил: давайте картинку запчасти пошлем ему по вотсапу, он посмотрит и скажет, есть ли такое, и если есть — где оно лежит. На мое предложение коллега ответил злодейским смехом. «Ты что! — воскликнул он. — За пределами Кабула нет никакой мобильной связи, нет мобильного интернета, "Талибан" казнит людей на улицах, Средневековье, варвары!» Мне прямо стало неудобно за незнание местных реалий. На следующий день я спросил у местного переводчика, действительно ли за пределами Кабула нет мобильной связи. Он хмыкнул, опустил глаза и ответил: «Ну, 4G, конечно, не везде, в основном только в Кабуле, но 3G обычно есть всегда». Если подвести итог современному состоянию Афганистана, каким оно видится мне, то проще всего будет рассказать историю. В один прекрасный летний день нам наконец-то удалось договориться об использовании стрельбища рядом с Кабулом, всего в 40 минутах езды от аэропорта. Мы выехали из города: вокруг холмы, узкая двухполосная дорога, с одной стороны — склон, а с другой — обрыв. И вдруг я вижу, что ровно посередине дороги на «лежачем полицейском», в трещине на асфальте сидит женщина с маленьким ребенком на коленях. Она одета в традиционную пронзительно-голубую бурку, через которую не видно даже ее глаз, справа от нее тарелка для подаяний. Грузовики проезжают в десяти сантиметрах от нее с каждой стороны — дорога ведь узкая. В воздухе висит пыль, температура — градусов тридцать пять. Она протягивала руку к каждой проезжающей машине, что-то просила, но я не слышал ее, звук не проходил через бронестекла. Я много чего видел, но это меня зацепило. Через десять минут мы доехали до стрельбища, окруженного красивыми холмами. Проверили оружие, привели его к нормальному бою, постреляли немного в удовольствие. Я привык к жаре, но через час на открытом стрельбище было уже тяжеловато, очки запотели от пота, и стало понятно, что пора ехать обратно. Мы закинули оружие и патроны в багажник и, довольные, поехали домой. Женщина сидела на том же самом месте, не сдвинувшись ни на сантиметр, ребенок так же сидел на коленях. Ветер развевал ее бурку, и она уже не протягивала руку, а просто сидела, как монумент, посреди узкой дороги, повернув голову в нашу сторону. Я только успел нажать кнопку записи видео. Так и Афганистан. Он сидит посередине континента, а с двух сторон, совсем рядом, проносятся огромные события — меняются окружающие страны, образуются новые торговые пути, сменяются правительства, строятся новые города. А Афганистан все там же, посреди всего, но в этом «дорожном движении» он никак не участвует. Женщина с ребенком и сейчас, наверное, сидит на той же дороге и смотрит из-за сетки на проезжающие машины. А те, кто могли бы ее оттуда увести, либо давно уже уехали, либо заперлись в своих особняках в хороших районах Кабула и наслаждаются жизнью в стране, где за 40 лет люди совсем разучились верить в перемены.
  10. 6 баллов
    Taktika_okazania_pervoy_pomoschi_komplektovanie_aptechki_Avtory_-_ofitsery_SSO_MO_RF.pdf
  11. 6 баллов
    Работа с "колес"
  12. 6 баллов
    11-13 мая прошел VI Открытый Чемпионат Чеченской Республики по тактической стрельбе среди силовых подразделений, посвященный памяти Первого Президента Ахмат-Хаджи Кадырова. За победу боролись бойцы ОМОН, СОБР, частей оперативного назначения , сотрудники патрульно-постовой службы и вневедомственной охраны Росгвардии, подразделений специального назначения ФСБ, УФСИН и Министерства обороны. Проверить свои профессиональные качества в Чеченскую Республику прибыли бойцы спецподразделений из Мурманской области, Республики Крым, Хакасии и других субъектов Российской Федерации — 29 команд из 16 регионов России. В состав команд вошли представители основных специальностей – снайпер, пулеметчик и стрелки со штатным вооружением. Программа Чемпионата включала несколько служебно-боевых дисциплин. Помимо меткости и скорости стрельбы, участникам было необходимо проявить мастерство командной работы, умение своевременно принимать правильные решения в сложных боевых ситуациях и показать высокую психологическую устойчивость. Участники выполнили 12 упражнений, например с такими условными названиями — «Веселый пулемётчик», «Железный человек», «Биатлон», «Зенитка ночью» и «Агент под прикрытием». Упражнения позволили участникам продемонстрировать не только умение владеть служебным оружием, но и физическую подготовку и психологическую устойчивость. Заключительный этап — упражнение по тактической стрельбе в условиях ограниченной видимости. И дуэль среди 16 лучших спортсменов. В открытии чемпионата приняли участие начальник Главного управления подготовки войск Росгвардии генерал-лейтенант Юрий Бабкин и начальник Управления Росгвардии по Чеченской Республике генерал-майор Шарип Делимханов. Генерал-лейтенант Юрий Бабкин пожелал участникам чемпионата показать максимальный уровень профессионализма и победы. Полученный на соревновании опыт послужит успешному выполнению военнослужащими и сотрудниками сил специального назначения Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации служебных задач. В результате бескомпромиссной борьбы победителями 6-го Открытого Чемпионата по практической стрельбе стала команда УФСВНГ РФ по ЧР. Второе и третье места у МВД по ЧР и УФСБ по ЧР. Победителем в упражнении «Дуэль» признана команда УФСБ по ЧР.
  13. 6 баллов
  14. 6 баллов
    злыдень

    Спецназ СВР "Заслон"

    Бывает. Да это понятно. Это просто глюки. Нет конечно. Тут "белобилетчики" и энурезники собрались... Так что можете гордо удалиться.
  15. 6 баллов
  16. 6 баллов
    злыдень

    Кемерово

    Кик, ты вроде не "юноша пылкий, со взором горящим"? Или - таки да? Смерть детей - это трагедия, безусловно. Но я лично уверен. ублюдки те, кто постит и выдаёт "на гора" непроверенную информацию.Они должны, наравне с непосредственными виновными пожара, понести наказание.И я буду стоять на своём мнении. Не проси. Мне - по барабану. Если честно - последнее время на форум заходит стало противно... У тебя есть другие подтверждённые данные?
  17. 5 баллов
  18. 5 баллов
  19. 5 баллов
    ОШИБКИ ПРИ НАЛОЖЕНИИ ШГУТА Из опыта войны во Вьетнаме, Афганистане и Чечне сделан довольно грустный грустный вывод. 50% наложенных жгутов - наложены не по показаниям или с нарушением техники. Каждый второй пострадавший с повреждением крупных сосудов является потенциальной жертвой того, кто накладывает ему жгут. У каждого второго раненого - после снятия жгута не диагностируется повреждения крупного магистрального сосуда. Достаточно было хорошей давящей повязки. В большинстве случаев это заканчивается потерей конечности. Что говорит о том, что у страха глаза велики... Жгут - ЗЛО. Но без него никак, к сожалению. 1. Кровоостанавливающим является первый тур жгута. Крутанули и на секунду замерли. Не течет - молодцы, дальнейшие туры фиксирующие. Течет - переложите, чтобы не пытаться раздавить следующими турами сосуды и ткани. 2. Если есть под рукой маркер или что-то типа зеленки - галочку на лоб, яркую, чтоб видно было. Или прям слово пишите - ЖГУТ. Очень часто не замечают жгутов под одеждой, под одеялами на носилках. Результат такого промаха понятен. Знак на лбу привлечет внимание. (Это принцип сортировки ВПХ, согласен, что не все смогут понять, что у раненого с крестом или галочкой на лбу надо что-то искать - но это, как минимум, привлечет внимание). 3. Время - понятно. Записку под жгут или на лбу рядом приписать время. Все со школы знают - 2 часа. А теперь попробуйте положить здоровому человеку жгут на плечо и попросите его потерпеть минут 20. Он его зубами отгрызет - и жгут, и плечо. Ишемические боли такие сильные, что известны случаи, когда даже раненые медработники со жгутами, зная о том, что снимать нельзя, снимали его себе и умирали. Наркотики с ишемическими болями справляются очень плохо. 4. Следовательно, надо перекладывать жгут. Периодически. Как минимум на ширину жгута. И помнить, что ишемизирована не только конечность ниже жгута, но и непосредственно под жгутом. Не просто ишемизирована, а раздавлена фактически. 5. Точки пальцевого прижатия. Эх... Казалось бы, простая тема. Ткнул пальцем - и не течет. Ткните пальцем в бедро своего соседа - просто в бедро, не в сосуд, и попытайтесь удержать палец - да и всю свою руку - в таком состоянии хотя бы минут 5. Вывод - просто, да не совсем. На бедре надо прижимать кулаком и весом всего тела. 6. Если плечо эвакуации более 2 часов - надо стараться обойтись давящей повязкой. Идеально сейчас подходят повязки "Гемостоп", экспериментально останавливающие кровотечения даже из бедренной артерии. Они на основе вулканического пепла, очень гигроскопичны, напитываются кровью с выделением тепла и тромбируют большие ранения с высоким давлением истечения крови. (НЕ ЯВЛЯЮТСЯ методом окончательной остановки кровотечения - необходимо срочно обратиться к врачу!) Источник: интернет
  20. 5 баллов
  21. 5 баллов
    злыдень

    Война в Сирии 2

    Просрать за короткий срок достигнутое десятилетиями - очень просто. Восстановить и стать ещё сильнее - долгий путь и трудный. Мы на этот путь встали и дойдём до конца.
  22. 5 баллов
    Два дня не было инета))) а тут такооое))) все почистил! Всем хорошего времяпровождения!!
  23. 5 баллов
    Socol218

    Работают

    Душевно!
  24. 5 баллов
    В ночь с 18 на 19 марта военная помощь российской ЧВК «Вагнер» позволила выбить боевиков террористической организации «Джейш аль-Ислам» из районов города Мисраба в Восточной Гуте в Сирии. Боевики попытались совершить контратаку и окружили в кольцо подразделения «Силы Тигра» проправительственных войск, а также мирных жителей. Российские добровольцы, задействовав артиллерию, освободили позиции САА, и, тем самым, обеспечили безопасность гуманитарного коридора и беспрепятственный выход по нему гражданского населения Восточной Гуты. Об успешной операции ЧВК «Вагнер» сообщает арабское издание Arabitoday.com. Силам Башара Асада приходится вести бои против джихадистов сразу по нескольким фронтам в Сирии, пишет издание «Regnum». В частности, напряженной остается ситуация в районе Эр-Рейхан. Здесь САА понесли значительные потери людей и техники в столкновениях с боевиками. Не прекращается огонь и в южных окрестностях Думы. Как раз здесь «Джейш аль-Ислам» и предприняла попытку контратаки по направлению к поселку аль-Шиффония и городу Мисраба. В результате «Силам Тигра» пришлось оставить свои позиции практически без боя. Но на помощь проправительственным войскам подоспели российские добровольцы из ЧВК «Вагнер», которые успешно выбили террористов. В результате удалось освободить даже большую территорию, чем войска Башара Асада занимали ранее. Победа стала очень важной в той ситуации, которая сейчас сложилась на этой территории. Совет безопасности ООН ранее принял резолюцию ООН 2401 о прекращении огня сроком на 30 дней, а Минобороны РФ контролирует выполнение гуманитарной паузы. Однако боевики регулярно продолжали вести обстрелы гуманитарного коридора. А занимая определенные территории, удерживали население и препятствовали их выходу. Разгром «Джейш аль-Ислам» в Мисрабе позволил людям воспользоваться гуманитарным коридором и покинуть Восточную Гуту. По словам военного источника арабского издания, основная заслуга в восстановлении контроля над всей территорией данного населенного пункта принадлежит именно российским бойцам ЧВК «Вагнер». Приводятся слова одного из сирийцев, который видел бои своими глазами. Он указывает, что «Силы Тигра» благодарны русским за их неимоверную стойкость. Как известно, это не первая военная помощь, которую ЧВК «Вагнер» оказывает проправительственным силам в Сирии. Свой существенный вклад военные специалисты этой военной организации также внесли в разгром террористической организации «Исламское государство».
  25. 4 балла
    Yamato

    Спецназ СВР "Заслон"

    Это откуда у вас такие данные? Вы лично видели образцы этих "особых" удостоверений? Как они выглядят? Каким образом осуществляется "переход под крыло ГРУ" сотрудников совершенно другого ведомства, у которых ГРУ является подконтрольным? Вы понимаете, о чем говорите? Наверное на досуге по вечерам читает литер "М" первой формы